Мое июльское

«now that is raining more than ever…»

 

Москва принимала заплаканным небом,

перронами, лужами, ливнем навзрыд,

шуршанием, руганью, запахом хлеба,

снующим народцем, и весь колорит

вокзальных картинок раскрашивал пестро

дождливое утро. Вернуться опять

в твой город, и каждою жилкою остро,

и клеточкой каждой тебя ощущать

повсюду. Здесь всё о тебе в этом странном,

назойливом городе. Всё — о тебе,

и ты остаешься до боли желанным.

Я знаю: ты бросил играть на трубе,

ты запил по-страшному, ты ненавидел

дурацкое имя мое, ты искал

другую (какую угодно), обидеть

успел не одну, ты кого-то таскал

ночами к себе (без разбора), как средство

забыться и выжечь из памяти вон.

Я знаю, всё знаю, и  вдруг, разреветься,

как в детстве, на улице. Снять капюшон

и вымокнуть нАсквозь, как дебри столицы.

И снова глаза цвета северных вод

привидятся. Сколько ты будешь мне сниться

ещё, и когда это, к черту, пройдет?

Оцените, пожалуйста, это стихотворение